12:3325 апреля 2015
Журналист Игорь Шнуренко рассказывает о том, что именно крупные российские банки предпочитают не распространять.
Ведущие российские банки тратят большие деньги на PR. Например, ВТБ поддерживает Большой и Мариинский театры, Русский музей, Третьяковскую галерею, спонсирует команду "Динамо" и другие спортивные организации, дает деньги на помощь детям–сиротам. Сбербанк помогает Театру кукол имени Образцова, перечисляет средства детским домам, молодым пианистам.
Логотипы банков украшают вечеринки, посвященные открытию фестивалей и подведению всевозможных итогов, — благотворители у нас в стране любят быть на виду.
Конечно, есть виды деятельности банков, совершенно законной деятельности, о которых они предпочитают не распространяться.
Например, есть банк, являющийся одним из крупнейших налогоплательщиков в бюджет Украины. За 2014 год этим кредитным учреждением туда было перечислено 310 млн гривен. Понятно, что существенная часть бюджета Украины сегодня идет на финансирование военных действий, на закупку боеприпасов и техники. Никто, разумеется, не отменял и так называемый военный налог, который взимается на операцию АТО на Украине как с физических лиц, так и с ряда операций, например с купли–продажи валюты.
Читайте также:
Почему практически все российские сериалы — это ложь и бессилие
Как войны в соцсетях переходят в реальность
Как банки зарабатывают на фоне снижения динамики кредитования
Зачем спецслужбы США прослушивают сотни миллионов людей
Почему российские компании не смогут спокойно закрыть свои заводы в Европе
Таким образом, едва ли можно оспорить предположение, что российские банки вносят свою посильную лепту в то, чтобы жизнь в Донбассе не казалась медом. Российские банки продолжают кредитовать Украину, несмотря на убыточность операций. Как писала пресса, в IV квартале прошлого года в российские банки на Украине пришла налоговая проверка, которая потребовала доначислить налог на прибыль, которой не было: деньги были очень нужны на войну.
При этом крупные российские банки не работают в Крыму. И при этом в Донбассе невозможно легально оправить или получить перевод.
Ничего личного, только бизнес, сказал бы тут сами знаете кто.

