Дмитрий Циликин, театральный критик Все статьи автора
27 марта 2015, 17:49 456

Рецензия на фестиваль балета "Мариинский"

Фото: Наташа Разина

Театральный критик Дмитрий Циликин - о фестивале балета "Мариинский".

Фестиваль, некогда имевший оригинальную (всякий раз) концепцию, продвигавший любопытные самостоятельные идеи, давно превратился в рутинное мероприятие, на котором интерес публики к обычным афишным названиям подогревается приглашением на главные партии заезжих звезд. Впрочем, имеются названия и совсем новые — недавней фестивальной традицией стала Мастерская молодых хореографов. Их на сей раз было шестеро, но из обширной программы, растянувшейся на три отделения, что–то стоящее приходилось выковыривать, как изюм из булки. Впрочем, в отсутствие в этом году по–настоящему крупных гастролеров то же самое можно сказать и про фестиваль в целом.

Рецензия на спектакль "Хармс"

Рецензия на спектакль "Хармс"

347
Дмитрий Циликин, театральный критик
Рецензия на спектакль "Хармс"

Рецензия на спектакль "Хармс"

347
Дмитрий Циликин, театральный критик

Если открывшая "Мариинский" премьера двух одноактных балетов про Бемби ("ДП" писал о ней на прошлой неделе) стала торжеством произвола: кому хотим, тем и даем ставить и оформлять спектакли, то творческий вечер Виктории Терешкиной нельзя не признать торжеством справедливости — лучшая балерина труппы давно заслужила бенефис. Другое дело — озадачила программа этого вечера. Не ведаю, имелось ли в виду продемонстрировать диапазон танцовщицы или отбор произведений был обусловлен какими–нибудь производственно–техническими обстоятельствами. Сначала давали "Легенду о любви" (второй акт целиком) — она предстала такой же устаревшей, как моды начала 1960–х, когда Юрий Григорович сочинил этот балет. Потом "Шехеразаду" — ее, как известно, Михаил Фокин ставил на Иду Рубинштейн, самодеятельную артистку, и при всей актерской убедительности Терешкиной не совсем понятно, почему надо было показывать в этой партии одну из главных виртуозок современности. Лишь гран–па из "Пахиты" поставило все на свои места: в нем героиня вечера предстала истинной Prima Ballerina Assoluta.

На workshop были работы ученически–эпигонские, была непременная очередная ахинея от Юрия Смекалова (на сей раз она называлась "Орфей в подземном царстве"). Но зато Ксения Зверева продемонстрировала, что не зря стажировалась в NDT, Нидерландском театре танца — центре силы современной хореографии: ее сочинение Remember the Future оказалось, пожалуй, и позанятней, чем "Адажио Хаммерклавир" голландского классика Ханса ван Манена, показанное на гала–концерте закрытия фестиваля. Увы, Ксения испортила впечатление от самой себя вторым номером — претенциозным мужским дуэтом Second I на музыку минималиста Филипа Гласса. Сочинение предтечи минимализма Дариюса Мийо выбрал Владимир Варнава — его "Глина" поставлена музыкально и, что встречается еще реже, у молодого хореографа есть умение не просто комбинировать движения, но сочинять собственную танцевальную лексику. Теперь ясно, что он может не только шутки шутить (как в поставленной прежде миниатюре "Сохраняйте спокойствие", включенной в программу гала), но и копать вглубь.

В этом самом гала–концерте тоже оказалось немало булки, причем плохо пропеченной, — из Парижской оперы, откуда в этом году ангажировали нескольких солистов. Они с упорством, безусловно заслуживающим лучшего применения, танцевали номера в постановке Бенжамина Мильпье (в репертуаре Мариинского театра имеется его смехотворный балет Without). Ульяна Лопаткина с тем же упорством танцевала "Маргариту и Армана" Фредерика Аштона, чью хореографию еще в прошлом веке следовало пересыпать средством от моли и запереть в каком–нибудь шубохранилище. А вот выбор фрагмента In the middle… Форсайта оказался безупречен — и хореографии, и исполнителей: Екатерины Кондауровой и Александра Сергеева.

Еще один лидер фестиваля среди артистов — Кимин Ким, блеснувший в "Пахите" и в па–де–де Чайковского — Баланчина. Не в том даже дело, что у него великолепный прыжок и прекрасное вращение — в гала–концерте прыжок и вращение демонстрировал не он один. Но у Кима трюки — не повод для самодемонстрации, а элементы непрерывного танца. Попросту говоря, он артист.

Новости партнеров
Реклама