Музыка как бизнес: джазовый фестиваль привлекает тысячи туристов в Петербург

Как заниматься джазом так, чтобы он был ещё и выгоден?

— Вообще джазовое исполнительство по духу очень близко к предпринимательской деятельности. Когда человек выбирает карьеру академического музыканта, он знает, что за многие годы, даже за века до него уже придуманы карьерные траектории. А в джазе тебе каждый раз нужно что–то изобретать, крутиться. Как и в бизнесе.

Если сравнить музыкантов всех специализаций, которые окончили вуз или колледж, а потом запустили собственный проект, среди джазменов таких будет измеримо больше. Этот дух мне очень близок.

Стал ли джаз за последнее время частью городской экономики? Может быть, не самой глобальной, но всё же частью?

— Если говорить про Петербург, у нас с городом была интересная история развития отношений. Игорь Михайлович — коренной петербуржец. При этом до 2014 года, несмотря на огромное количество проектов по всей стране, в Петербурге у нас на постоянной основе ничего не происходило.

В 2014 году мы впервые решили показать здесь фестиваль "Триумф джаза", который с 2001 года проходил в Москве. Провели несколько "Триумфов", а потом родилась идея делать в рамках Санкт–Петербургского культурного форума конференцию Jazz Across Borders.

Эта конференция очень многое изменила. В предыдущие годы мы часто ездили на зарубежные конференции, знакомились, общались, подавались на шоукейсы. Не могу сказать, что российских артистов там брали с большой охотой. И мы решили сыграть наоборот: сделать так, чтобы зарубежные продюсеры и промоутеры приезжали к нам.

Благодаря Jazz Across Borders мы подготовили почву для проведения Международного дня джаза в Петербурге и для появления Санкт–Петербургского джаз–клуба Игоря Бутмана и, конечно же, Санкт–Петербургского джазового фестиваля. Мы 2 года строили этот клуб и слышали очень много опасений: как так — джазовый клуб на 300 мест в Петербурге? Как вы будете его наполнять каждый день? Как это вообще будет функционировать?

А почему были такие опасения? Я бы понял, если бы вы открывали такой клуб в глубинке…

— А мы и это планируем в том числе. Кстати, если посмотреть на многие крупные города России, то можно заметить, что там нет больших джазовых клубов. В Челябинске нет, в Нижнем Новгороде нет, в Самаре нет, в Саратове нет. Тут огромное пространство для роста. Но чтобы джаз–клуб возник, нужно несколько условий. С одной стороны — достаточно большое население города и серьёзный туристический поток. С другой — подготовленные творческие силы. Например, в Екатеринбурге есть джазовая сцена, мы проводили там прослушивания к Московскому джазовому фестивалю и там попадалось большое количество молодёжи. Это внушает надежду.

Клуб Игоря Бутмана создал новый формат: место, где можно послушать артистов, которые обычно выступают на сценах больших концертных залов, где есть высокая кухня и премиальный сервис. Первые опасения развеялись уже в октябре 2022 года, когда на второй неделе существования клуба пошли солдауты.

Для вашего бизнеса 2 недели — это большой или короткий срок?

— Это весьма удачный запуск. Мы понимали, что зрителям будет интересно, но не думали, что интерес будет настолько огромным. Для нас есть один забавный показатель: я подписан на уведомления, связанные с Игорем Михайловичем, — и помимо новостей в поисковой выдаче попадаются сообщения из разных сообществ таксистов. Например: "Информация для водителей такси бизнес–класса. Точки повышенного спроса сегодня вечером: Мариинка, Михайловский театр, клуб Игоря Бутмана". Мы к этим группам, естественно, не имеем никакого отношения. Но для нас это очень хороший индикатор: город нас так воспринимает.

А можно всё же как–то измерить "экономический эффект джаза" для города?

— Мы создаём событийную повестку международного уровня. Только клуб в год проводит более 600 мероприятий, Петербургский джазовый фестиваль погружает весь город в атмосферу джазовой музыки на целую неделю, обе институции привлекают тысячи туристов со всей России. Кроме того, в работе фестиваля заняты около тысячи профессионалов разных направлений, выступают более 600 артистов, то есть можно сказать, что мы создаём рабочие места.

То есть фестиваль — это ещё и про событийный туризм?

— Конечно. У нас четыре бесплатные площадки. Мы понимаем, что развиваем культурный и событийный туризм. Сейчас есть потребность в новых событиях, ради которых можно приехать в город. Что же касается самих петербуржцев — мне кажется, мы уже добились того, что люди не всегда смотрят даже на программу. Они говорят: "Пойду в Бутмана на джаз". Это вопрос доверия. Для людей, которые только начинают знакомство с джазом, это обещание, что они могут прийти — и не прогадают.

В футболе есть эффект медийной звезды: клуб покупает известного игрока, с ним приходит аудитория, спонсоры, продаются миллионы его футболок. В джазе это работает так же?

— В футболе можно один раз подписать контракт на 5 лет и не думать об изменении состава участников каждый день. Наверное. У нас так не работает. На фестивале каждый год выступает огромное количество артистов. Ты не можешь просто привезти тех же самых музыкантов с одними и теми же программами и сказать: нормально, в прошлом году же сработало. Это неуважение и к самим себе, и к зрителям.

Например, для третьего Saint Petersburg Jazz Festival мы делаем премьерную программу с Сергеем Мазаевым. На самом деле Московский джазовый оркестр (ранее — Биг–бенд Игоря Бутмана) возник в том числе благодаря Сергею Владимировичу. Он предложил Игорю Михайловичу: давай ты сделаешь оркестр, а я буду в нём вокалистом. Так и решили. Мало кто в курсе, но Сергей Мазаев — первый вокалист Оркестра Игоря Бутмана. Поэтому эта программа для нас — возврат к корням.

Можно ли руководить джазовым клубом или делать фестиваль, если ничего не понимаешь в этой музыке? В бизнесе иногда такое бывает: человек не разбирается в предмете, но управляет...

— Познания в музыке и познания в музыкальном рынке — немного разные вещи. Можно не знать нотную грамоту и при этом успешно руководить большой концертной площадкой. Вопрос в общем уровне культуры, в том, разбираешься ли ты в управленческих и рыночных механизмах.

Если ты совсем нулевой и для тебя Игорь Бутман и Бенни Гудман — примерно одно и то же, то ответ на ваш вопрос — нет. Но важнее не музыкальная грамотность, а общий кругозор и художественное чутьё. Можно пригласить известного артиста с большим гонораром — и не получить нужного результата, потому что только одно известное имя — не всегда залог успеха.

А бывает так: молодой музыкант очень хорош, техника в порядке, но что–то не связанное напрямую с музыкой мешает ему стать коммерчески успешным артистом…

— Именно поэтому не все становятся коммерчески успешными артистами. Вопрос в том, что есть в артисте помимо музыкального мастерства. Артист — это всегда что–то большее, чем владение голосом или инструментом.

Есть замечательный обратный пример — Варвара Убель. Это молодая вокалистка родом из Новосибирска, училась как джазовая певица, а потом внезапно выстрелила со своим роковым проектом Ubel. При этом Варвара и блестяще владеет голосом, и разбирается в джазовой стилистике, и обладает невероятной харизмой. Они собирают большие клубы, выступают на топовых фестивалях. Варя уже звезда, и уверен, что она станет просто суперзвездой.

Если говорить о том, что мешает артистам на пути к вершине, это часто выбор репертуара. Кто–то впадает в крайность и играет только стандарты, кто–то — только авторскую музыку. Нужно найти свой подход, баланс, способ достучаться до публики.

В театре, при всей неординарности актёров, всё равно железная дисциплина. У вас так же?

— Представьте тур Московского джазового оркестра по 20 городам России к юбилею Игоря Бутмана. Нам он предстоит в октябре–декабре этого года. Это 2 месяца, каждый день переезд. Ты как в экспедиции на Марс. Должна быть здоровая атмосфера и в то же время дисциплина в коллективе. Все должны понимать, что от соблюдения тайминга каждым участником зависит успех каждого концерта.

Или, например, наши февральские гастроли: Куба, Никарагуа, Бразилия. Тут вообще нет права на ошибку — но мы везде успели и с блеском представили российское искусство в Центральной и Южной Америке. Поэтому дисциплина для нас очень важна. И в целом музыканты восхищают меня своей дисциплинированностью.

Получается, джаз — это свобода, но с расписанием?

— Абсолютно, как и любое другое великое искусство!