Сотовые операторы расширяют антифрод–сервисы, а Петербург становится заметным рынком их внедрения.
Операторы по–разному подходят к защите абонентов от мошенников. МТС, к примеру, уведомляет родственников пожилого человека о потенциально опасном звонке через семейную группу в своём приложении. "МегаФон" развивает виртуального помощника, спрос на защитные функции которого в Петербурге и Ленобласти за год вырос на 25%. "Билайн" использует анализ звуковой волны для выявления подозрительных разговоров и развивает помощника с записью и расшифровкой звонков. T2 предлагает платформу с фильтрацией вызовов, определителем номера и голосовым ассистентом.
Граждане теряют миллиарды
Проблема телефонного мошенничества по–прежнему актуальна, хотя пик активности, похоже, уже позади. За первое полугодие 2026 года дистанционные мошенники похитили у жителей Петербургской агломерации около 6,3 млрд рублей. Это на 18% меньше, чем за аналогичный период 2025–го, когда ущерб оценивался в 7,7 млрд рублей.
Банк России в 2025 году зафиксировал рост числа операций без добровольного согласия клиентов на 31,2%, до 1,6 млн. Объём похищенных средств увеличился на 6,4%, до 29,3 млрд рублей. Банки также сообщали о предотвращении 134,2 млн мошеннических операций на 13,9 трлн рублей.
Читайте также:
Телефонные мошенники сдали позиции в Петербурге
В России может наступить перелом в борьбе с нашествием интернет-мошенников
Следующим раундом войны с мошенниками в РФ назвали битву ИИ с дипфейками
Капча в небе: отключением сим-карт стали пользоваться мошенники
Карточный домик: борьба с мошенниками повысит риски монополизации банковского сектора
По данным МТС, в первом полугодии 2026 года на Петербург и Ленобласть пришлось 4% общероссийского объёма мошеннических вызовов. Эти данные зафиксированы сервисом "Защитник". Чаще всего злоумышленники представлялись сотрудниками пенсионных и социальных служб (19%) или госорганов (18%). В январе–августе 2026 года на Петербург пришлось 7% заблокированных нежелательных вызовов абонентам старше 65 лет по стране (в Москве — 22%).
Как работают системы защиты
Технический директор компании "Стахановец" Сергей Щербаков пояснил "ДП", что ИИ–система оценивает вероятность мошенничества и при подозрительных признаках может предупредить абонента, отправив уведомление. По его словам, алгоритмы анализируют поведение вызова, историю номера, признаки синтеза речи, паузы, эмоциональную окраску и содержание диалога — например, упоминания "безопасного счёта", перевода денег или кода из СМС.
Однако подозрительная активность сама по себе ещё не доказывает мошенничество. Проджект–менеджер ГК Softline (MD Audit) Кирилл Лёвкин отмечает, что алгоритм может заметить связь между новыми номерами, необычную частоту вызовов или другие нетипичные признаки. Оператору необходимо предупредить абонента, но не создать поток ложных тревог.
Поэтому нынешние "пробы" ИИ–сервисов — это своего рода тестирование в реальных условиях. Региональные запуски, по словам Лёвкина, позволяют проверить работу сервиса на реальных звонках и получить обратную связь до расширения аудитории.
Летом 2026 года агентство TelecomDaily провело исследование, включающее 1 440 тестовых звонков в сетях шести операторов. Проверяли восемь сценариев социальной инженерии, а срабатыванием считали предупреждение абонента во время разговора или принудительное завершение вызова.
Лучше всего сервисы операторов распознавали звонки о необходимости замены полиса ОМС (77,8%) и фиктивной доставке (70,4%). Сложнее оказалось выявить звонки от якобы сотрудников службы безопасности банка — системы распознавали их в 31,6% случаев.
“
"Считать эффективность только по заблокированным звонкам бессмысленно", — полагает Сергей Щербаков. Он предлагает оценивать долю ложных срабатываний и пропусков, скорость реакции и случаи, когда предупреждение действительно помогло избежать финансового ущерба.
Кирилл Лёвкин также советует смотреть на весь путь от обнаружения угрозы до результата: получил ли абонент предупреждение вовремя и удалось ли предотвратить перевод денег или передачу кода.
Единой оценки эффективности пока нет
Рынок антифрод–сервисов только формируется, хотя конкуренция между игроками уже началась, считает Олег Андреев, руководитель направления информационной безопасности ГК "КОРУС Консалтинг". В числе важных факторов оценки эффективности он называет точность распознавания, скорость реакции и долю ложных срабатываний.
Председатель совета по противодействию технологическим правонарушениям координационного совета НСБ России, основатель компании "Интернет–Розыск" Игорь Бедеров оценивает ситуацию иначе: по его мнению, рынок ИИ–антифрода в России де–факто уже сформировался, хотя он неоднороден.
Эксперт выделяет операторские решения с анализом разговора, сервисы с акцентом на репутационные базы и банковских виртуальных операторов, которые могут связывать телеком–сигналы с финансовыми транзакциями. Это различие в оценках показывает, что участники рынка пока по–разному определяют зрелость сегмента.
По словам Андреева, оценивать нужно верные блокировки, ложные срабатывания и изменения числа успешных атак и финансовых потерь. Бедеров отмечает, что число заблокированных звонков не отражает предотвращённый ущерб. Из–за разных методик операторов единый рейтинг по открытым данным составить трудно.
Когда алгоритмы дают сбой
Но даже продвинутые алгоритмы сталкиваются с ограничениями. Если мошенник использует номер, который действительно принадлежит организации, репутационная база может не дать предупреждения. Синтезированный голос осложняет распознавание, а сценарии социальной инженерии быстро меняются: вместо одной подозрительной фразы разговор может состоять из нескольких звонков, сообщений в мессенджере и фишинговой ссылки.
Бедеров называет одним из наиболее уязвимых мест подмену номера и использование легитимной инфраструктуры — например, виртуальной АТС, связанной с реальной организацией.
Он также обращает внимание на многоэтапные атаки, в которых каждый эпизод отдельно может выглядеть безобидным. Сергей Щербаков добавляет, что детекторы синтезированной речи приходится постоянно обновлять: когда алгоритмы начинают распознавать типовые формулировки или артефакты, злоумышленники меняют лексику и манеру разговора.
Независимый эксперт в области информационной безопасности Денис Батранков считает ключевым преимуществом операторов объём метаданных по звонкам и возможность вмешаться на уровне мобильной сети до перевода денег.
Однако он напоминает, что телефонное мошенничество часто строится на психологическом давлении: злоумышленник вызывает страх, создаёт ощущение срочности или обещает выгоду. Поэтому уведомление родственника может оказаться особенно полезным в критический момент, когда человек находится под давлением собеседника.
Экономика защиты и обмен данными
Развитие таких систем требует вычислительных ресурсов, обучающих данных и постоянного обновления моделей. При этом готовность пользователей отдельно платить за базовую защиту ограничена. Щербаков отмечает, что операторы несут затраты, а возможности монетизации подобных функций ограничены, поэтому устойчивая модель финансирования пока не сложилась. Денис Батранков также указывает на расходы на обучение моделей, серверы и графические ускорители: операторам нужно либо включать затраты в стоимость тарифов, либо искать другие способы окупаемости.
Ещё один тонкий момент — обмен информацией между телеком–компаниями, банками и государственными системами. Оператор видит телефонный вызов и его метаданные, банк — попытку перевода, однако по отдельности эти стороны могут не видеть всей цепочки атаки. Государственная информационная система "Антифрод", запущенная в марте 2026 года, предназначена для обмена сведениями о признаках противоправных действий между операторами связи, банками, государственными органами и другими участниками.
По мнению Щербакова, эффективность может расти при интеграции с банками и государственными системами, но этому мешают разрозненность данных, необходимость единых протоколов, правовая неопределённость и требования к защите персональной информации. Бедеров также считает интеграцию необходимой: банк видит финансовую операцию, оператор — звонок, а мошенническая схема часто разворачивается на стыке этих двух процессов. Батранков ожидает дальнейшего сближения банковских и телеком–сервисов и появления новых функций — от анализа голосовых дипфейков до решений для защиты детей.
Олег Андреев подчёркивает, что Петербург и Ленинградская область имеют крупную абонентскую базу, развитую телеком–инфраструктуру и спрос на цифровые сервисы. Сергей Щербаков также считает регион подходящим для внедрения и масштабирования решений: на это влияют объём рынка, концентрация финансовых и государственных сервисов и потребность в защите пожилых абонентов. Кирилл Лёвкин добавляет, что запуск в отдельном регионе может быть как пилотированием перед расширением, так и поэтапным распространением уже работающей технологии.
