Дрозденко о столице Ленобласти: "Переезда ради переезда не будет"

Правительство Ленинградской области уже несколько лет планирует переезд в Гатчину. Как идёт процесс?

— В этом году мы приступили к проектированию приспособления первых шести зданий аварийного фонда под первые шесть комитетов. Вы знаете, что у нас был аварийный деревянный фонд, деревянные дома, где проживали известные при дворе люди: камергеры, фрейлины, егеря, врачи. И мы на уровне правительства приняли решение, что сохраним фасады этих деревянных домов, реконструируем их и приспособим под переезд.

По транспортной доступности мы тоже идём в оговорённой логике. Ещё в 2012 году я сказал: прежде чем говорить о Гатчине как о столице, надо сделать хорошую дорогу. Сегодня автобан есть. Мы запустили тактовую электричку. Построили первый виадук, проектируем второй — над железной дорогой, чтобы облегчить транспортную доступность. Все факторы говорят: ничто не мешает поэтапно нам переезжать.

Я не сторонник нового строительства в Гатчине. Мы сделаем в старой Гатчине правительственный квартал, но при этом без новостроя, а через реконструкцию и реставрацию. Это, мне кажется, самый правильный путь. Поэтому мы не будем спешить. И не будем выводить деньги из бюджета и из социальных программ для строительства новых зданий для чиновников.

Так когда же переедут первые комитеты?

— В 2028 году. Это будут комитет по молодёжи, комитет по культуре и ряд других. Я бережно отношусь к бюджетным деньгам. Переезд ради переезда делать не хочу. Мы не будем выводить деньги из социальных программ на новостройки для чиновников. Будем переезжать в старые здания — через реставрацию, сохраняя аутентичность старой Гатчины.

Кстати, Гатчина — столица не только Ленинградской области, но и столица столетия. В этом и следующем году пройдут 113 праздничных мероприятий в Гатчине: благоустройство, реставрация, парки. Мы хотим придать Гатчине столичный лоск.

Транспортная доступность всё ещё остаётся болезненной темой для Ленобласти. Когда наконец запустят станцию метро в Кудрово? И есть ли в планах ближайших 10–20 лет другие станции метро в Ленобласти?

— В схеме развития метрополитена Петербурга станция в Кудрово точно есть. И сортировочная станция в районе Янино — 140 гектаров тоже зарезервировано. Мы в этом году выделили деньги на выкуп частных участков под вестибюль, стоянку автобусов и такси — всё за свой счёт. Поверхностные работы мы готовы взять на себя.

Конечно, мы хотим, чтобы станция появилась как можно быстрее. Пусть сроки называют коллеги — они заказчики. Нам чем быстрее, тем лучше. У нас есть ещё несколько вариантов развития метро, но пока всё в стадии переговоров. Кудрово — это то, что уже в схемах и планах, и это будет реализовано безусловно.

А другие районы Ленобласти есть чем обрадовать?

— Мы сейчас расширяем вылетные трассы. Пробиваем стык с проспектом Культуры, строим автобан с двумя мостами в обход Ново–Девяткино и Мурино. Расширяем Колтушское шоссе. Работаем в Мурино, Буграх. Самые большие планы — это КАД–2 и стыковка с ней наших вылетных магистралей.

Мне очень не нравится, что мы затянули решение, например, янинской проблемы. Построили много многоэтажных домов, а дороги узкие для больших автобусов. Я убеждаю муниципалов: дайте нам землю. По закону это их полномочия. Дайте землю — расширим дороги. Нет — дайте сделать разворотные кольца для больших автобусов. Где–то мы даже приостановили выдачу разрешений на строительство, чтобы сначала решить транспортные проблемы.

Кстати, в Кудрово ограничили электросамокаты, что одобрили многие жители города. Будут ли в Ленобласти другие зоны без СИМ?

— В Кудрово нашли разумный компромисс. Первое: ограничили количество арендных самокатов. Второе: определили зоны, где запрещено: парк "Оккервиль", пешеходные зоны с интенсивной нагрузкой у школ, детских садов и торговых центров. Не полный запрет, а точечные ограничения в интересах большинства.

Этот пример можно тиражировать, но надо понимать: в отличие от Петербурга, это не острая проблема для всей области. Она актуальна только в нескольких точках нашей агломерации.

Если говорить о совместных задачах с Петербургом — город начал решать проблему строительных отходов. Поскольку своих площадок для их переработки и утилизации Петербургу явно не хватает, здесь, несомненно, потребуется помощь Ленобласти. Как вы готовы помочь в этом вопросе?

— Мы немножко раньше Петербурга начали двигаться в этом направлении. С ТКО всё чётко: зарегламентировано, прописано. А со строительными отходами законодательство несовершенно. Но куда мы их денем? Если хотим строить и развиваться — они будут всегда. Начиная от земли из котлована до разобранного здания.

Мы ввели систему QR–кодов для контроля за перемещением строительных отходов. У нас есть лицензированные временные площадки для их размещения — в основном под переработку. Уже больше десятка площадок: бетон крошат в подсыпку для дорог, доски — в щепу, металл дробят. А грунт используем для рекультивации полигонов.

Если у грузовика нет QR–кода (а это наличие договора на доставку в конкретную точку) — значит, что–то не так. Не скрою: серого рынка много. Есть люди, которые под видом рекультивации сельхозземель говорят: "У меня заболоченный участок, я приму 20 машин грунта, подниму и буду строить дом". А приезжаешь — там уже 10 метров высота битого кирпича. QR–коды помогают решать эти проблемы.

Что нам нужно сделать вместе с Петербургом — первое: подписать соглашение и войти в единую QR–систему контроля. Второе: подготовить совместные площадки (для переработки строительного мусора). Это вполне может быть и частный бизнес — для него это неубыточно. Строительные отходы можно перерабатывать на 100% и возвращать обратно в стройку.

То есть регион готов идти навстречу соседу, не опасаясь ущерба для собственной экологии?

— Мы всё время идём навстречу. И пока всё, что соседи вывозят, принимаем мы. Запустили вот первый высокотехнологичный комплекс по переработке отходов "Островский". Сейчас рассматриваем ещё площадки.

Все понимают, что отходы надо перерабатывать, но "только не в нашей локации". А куда ни посмотри — везде чья–то локация. Но завод по переработке — это бег вперёд по сравнению с любым полигоном. Я свои слова держу: поэтапно закрываю полигоны, заставляю собственников заниматься рекультивацией. Но без заводов это невозможно. Куда повезут? В леса, в поля, в карьеры. А мы хотим цивилизованного размещения.

Продолжая тему экологии — Ленобласть увеличивает количество ООПТ и бюджет на их содержание. Сейчас за посещение ряда экотроп берётся плата. Планируете ли расширять эту систему, чтобы снижать затраты бюджета?

— На самом деле плата берётся не за посещение ООПТ, а именно за экотропы на их территории. Мы делаем цивилизованные тропы — пешие, велосипедные, с беседками, смотровыми площадками. Всё это затраты, но пока из бюджета.

Мы ввели плату как эксперимент, она добровольная: по QR–коду. Для граждан РФ — 100–150 рублей, и то не везде, а только на самых загруженных тропах. Для иностранцев — 300–400. Если культура будет такова, что большинство будет платить, то этого достаточно для самоокупаемости.

А как бизнес может помочь: с одной стороны, помочь с содержанием, с другой — заработать на этом?

— Можно делать фотозоны, сувенирные магазинчики на входе, продавать ланч–боксы, воду, электротранспорт — чтобы не нарушать экологию. Есть тропы вроде Линдуловской рощи, куда даже из соседних регионов приезжают. Мы хотим вовлечь бизнес в содержание экотроп и ООПТ. Мы готовы разрешить временные постройки на свайных опорах, чтобы не трогать ландшафт. Чтобы можно было посидеть, выпить чашечку чая на закате. Вы никогда не видели, как над болотом садится солнце? Это неимоверная красота, очень рекомендую.