"Один из рабочих услышал подозрительный звук". Михаил Медведев о том, как рухнула кровля новой школы

Автор фото: Коньков Сергей
Генеральный директор компании "ЦДС" Михаил Медведев.

В Мурино утром 7 мая обрушилась кровля спортзала новой школы, которую строит ГК "ЦДС". Один человек погиб. Собственник "ЦДС" Михаил Медведев в эксклюзивном интервью "ДП" рассказал, как и почему произошло несчастье и какие меры для ликвидации его последствий предпринимает компания.

Михаил Анатольевич, почему произошло ЧП?
— Предварительно видны две причины — ошибка в проектировании здания и нарушения, допущенные при производстве и монтаже металлоконструкций. Сейчас на объекте работают эксперты Проектно-конструкторского технологического института, имеющие большой опыт в обследовании строительных конструкций. В течение 2-3 недель будет официальный вывод, и мы о нем сообщим.
Кто проектировал школу?
— Компания "АрхИнж". Проект был разработан в 2013 году. Для нас это первый опыт работы с ними, хотя компания имеет немалый портфель проектов — и школ, и детских садов. На другие объекты мы "АрхИнж" не привлекали. А с 2015 года все свои здания "ЦДС" проектирует самостоятельно — силами собственного проектно-конструкторского бюро.
А кто монтировал несущие конструкции для спортзала?
— Изготовлением и монтажом несущих ферм занималась группа компаний "МиКо". До этого мы 5 лет успешно сотрудничали. Но на объекте в Мурино они сработали плохо. Изучение обломков показало, что подрядчик, например, использовал при монтаже не те болты, что предписаны по проекту. И таких нюансов оказалось много.
А разве заказчик не должен контролировать качество работ?
— Мы ни в коем случае не снимаем с себя ответственности. Когда мы принимаем работу у подрядчика, разумеется, все внимательно проверяем. И такой брак бы не пропустили. Акт приемки ответственных конструкций с нашей стороны не был подписан. Более того, отклонение от проекта было выявлено нами еще в апреле, тогда же мы начали принимать меры для устранения нарушений, но не успели реализовать их полностью — произошло обрушение кровли. Сейчас мы понимаем, что конструкции все равно не прошли бы нашу приемку перед сдачей объекта службе Госстройнадзора и экспертизы (ГАСН), потому что проектное решение было неверным и, скорее всего, были скрытые дефекты металлоконструкций.
Что-то спровоцировало ситуацию?
— В этом разбирается следствие. Но на момент обрушения крыша не была нагружена. Работы там не велись, и никаких строительных материалов там не было. Это видно на записи камер видеонаблюдения.
На площадке погиб человек. Как это произошло?
— Утром 7 числа на объекте работали 140 специалистов. Присутствовали, в том числе, несколько руководителей генпорядчика и службы заказчика. Один из рабочих услышал подозрительный металлический звук. За 15 минут всех людей из здания вывели, огородили периметр и выставили охрану. Но один из наших подрядчиков, который привез на объект компрессорную установку, находился в этот момент в своей "газели" во дворе школы. По всей видимости, он уснул. Машина была с тонированными стеклами. И при экстренной эвакуации мужчину, к сожалению, не заметили. Его задело обломками. Ему было 55 лет. Мы оказываем помощь его семье.
Была информация, что при обрушении пострадали несколько частных автомобилей. Это так?
— Задело четыре машины, припаркованные около школы. Весь ущерб собственникам мы возместим.
А что будет со спортзалом?
— Завал мы практически разобрали. А дальше будем делать новый проект и привлекать нового подрядчика. Ведем переговоры с заводом "Стальконструкция", имеющим огромный опыт по перекрытию больших пролетов промышленных зданий.
В других помещениях школы использовались такие же конструкции, как и в спортзале?
— По этой технологии построены три помещения школы: актовый зал и два спортивных зала — малый и большой. Обрушение произошло в большом. Но там конструкция была более сложная и уязвимая. В других помещениях металлические фермы выполнены с меньшим шагом и сами конструкции более устойчивые. Им ничего не угрожает. В принципе, их можно было бы просто усилить. Но мы решили разобрать — чтобы снять все вопросы. Там будет совершенно другое проектное решение.
Пострадавшая школа типовая?
— Нет. Проект индивидуальный. Это школа на 700 мест. Она состоит из модулей. Плюс проекта в том, что если один модуль разрушен, на остальные это не влияет. Но для полной безопасности мы проведем экспертизу всех помещений школы, а также соседнего детсада и жилых домов. Мы на 100% уверены, что там все хорошо. Но дополнительные экспертизы нужны, чтобы в этом убедились и все остальные.
Насколько ЧП увеличит сроки реализации проекта?
— На 2-3 месяца. Школу мы обещали сдать 1 июля. Но сдадим только к началу осени. Какое-то время займут процедуры лицензирования и оформления здания в собственность. Так что, думаю, дети сядут за парты только во второй четверти следующего учебного года.
Сколько стоит школа и в какую сумму вы оцениваете ущерб от ЧП?
— Себестоимость школы — 650 млн рублей. А ущерб, по предварительным оценкам, составил около 60 млн рублей.
Кто будет его возмещать?
— Сначала мы за все заплатим. А потом по суду взыщем расходы с виновных в происшествии.
Объект был застрахован?
— Были застрахованы строительно-монтажные риски. Но страховка ущерб не покроет.
Какие выводы вы сделали в результате ЧП?
— Будем строить социальные объекты только по типовым проектам. А если нам рекомендуют построить что-то индивидуальное — будем в обязательном порядке проводить дополнительные экспертизы.
У вас большие планы по строительству социальной инфраструктуры?
— Мы уже построили три детских сада и одну школу. Школа в Мурино — вторая в нашей практике. Таких ситуаций у нас в жизни никогда не было и, уверен, больше не будет. Сейчас мы проектируем и строим еще четыре сада и школу. А всего в возводимых нами жилых комплексах будет 10 садов и четыре школы.
Сколько у компании подрядчиков и планируете ли вы провести их дополнительный аудит в связи с трагедией?
— На аутсорсинг мы отдаем не более 20-25% работ. Это металлоконструкции, лифты, окна, свайные работы и внешние сети. Остальное делаем сами. Дополнительный аудит подрядчиков будет введен обязательно. Помимо полного содействия официальному расследованию мы проводим свое внутреннее расследование происшествия, выводы которого отразятся на наших бизнес-процессах.