Лев Лурье, историк Все статьи автора
10 ноября 2013, 12:00 2054

"Выходной Петербург". ПаркХозАктив

Фрагмент генплана Петербурга 1948 года

Лев Лурье объясняет, почему на месте "набережной Европы" нужно создать парк, а Высший арбитражный и Верховный суды, наоборот, переместить в Западное Бирюлево.

В конце октября правительственная комиссия решила судьбу комплекса зданий Верховного и Высшего арбитражного судов на наб. Малой Невы. Строить будут по концепции московской Архитектурной мастерской М. Атаянца. Максим Атаянц — 50–летний зодчий, знаток античной, прежде всего римской, архитектуры. Проект похож на ТЦ "Галерея" на Лиговке и новую гостиницу у Александринки. Такой современный извод неоклассики.

Между тем продолжается сбор подписей под обращением к Георгию Полтавченко и главе Управления делами президента Владимиру Кожину с просьбой вообще отказаться от строительства комплекса судов в "Набережной Европы". Под обращением 12,5 тыс. подписей. Среди поддержавших его — Татьяна Толстая, Андрей Могучий, Евгений Федоров, Олег Басилашвили, Ольга Тобрелутс.

Территория, о которой идет речь, до 1960–х годов была отдельным Ватным островом. Перед революцией на острове находились казенные винные склады, спиртоочистительный завод (в 1918 году здесь произошел знаменитый винный погром) и городской питомник, где выращивали саженцы деревьев для петербургских бульваров и садов.

Уже в Серебряном веке появилась мысль создать рядом с Биржей, Петропавловской крепостью и Зимним дворцом парк. Знаменитый художественный критик Владимир Курбатов писал в 1913 году: "Совсем еще недавно вдоль Александровского пр. (пр. Добролюбова. — Ред.) тянулись тихие каналы, окаймленные аллеями. Каналы уже исчезли. Теперь засыпаются протоки между питомниками и пеньковым буяном. Скоро распродадут их на участки, и исчезнет одно из приятнейших мест Петербурга".

Перед революцией рассматривался проект архитекторов Ивана Фомина и Оскара Мунца построить рядом с Тучковым буяном здания для проведения конференций, стадион, музей. Этот комплекс должен был утопать в зелени. Таким образом, создавалась огромная парковая зона, охватывающая острова (включая Петровский), наб. Малой Невы, Александровский парк, Троицкую пл. и Петровскую наб. По размерам этот комплекс садов превосходил бы Булонский лес в Париже и Центральный парк в Нью–Йорке. После войны идея нового парка вошла в Генеральный план развития Ленинграда.

Но с 1918 года на месте водочных складов разместился Государственный институт прикладной химии (ГИПХ) — важнейшее оборонное предприятие. О его перестройке в советское время не могло быть и речи. После того как год назад были снесены здания ГИПХа, участок Малой Невы оказался одной из немногих незастроенных больших территорий в центре Петербурга. Казалось бы — надо вернуться к идее парка.

Но вместо элитного жилого комплекса "Набережная Европы" Управление делами президента РФ решило отвести участок под строительство судов.

В Петербурге катастрофически не хватает садов и парков. Количество зеленых насаждений в квадратных метрах на жителя в Копенгагене — 300, в Москве и Лондоне — по 27, в Киеве — 22, в Берлине — 21, в Варшаве — 17,5, а в Петербурге — 6! Как норма минимальной жилплощади в Ленинграде.

Последний парк заложил губернатор Яковлев в 2003 году. С тех пор зеленые зоны только сокращались. В Александровском парке появилась россыпь ресторанов и кинокомплекс; скверики Петроградской стороны уничтожаются офисными зданиями; запад Крестовского острова впритык застроен жилыми домами и коттеджами конституционных судей. Сократилась площадь Таврического сада. В Летнем и Михайловском вечером не погуляешь, на травке не полежишь.

Летом город задыхается как во времена Родиона Раскольникова. Даже открытие Новой Голландии с ее сравнительно небольшим газоном стало нежданным праздником для петербуржцев.

Ясно выраженную волю тысяч горожан трудно было полностью игнорировать. Поэтому решено было не строить на Малой Неве жилых зданий для судей, только офисы и театр Эйфмана. Примерно четверть территории по измененному проекту станет сквером и бульваром вдоль набережной.

Но мы не должны останавливаться. У петербуржцев есть успешная история противостояния безумным проектам.

Вспомним башню "Газпрома", 31–ю больницу, историю с сокращением бюджетных мест на филфаке университета.

Шансы увидеть парк на Малой Неве есть потому, что идея переноса судов из Москвы невероятно затратна (50 млрд рублей) и неочевидна. Между тем состояние российской экономики не блестящее, лишних денег в бюджете нет. Не получить бы многолетний долгострой со все увеличивающим бюджетом (вспомним "Зенит–арену" и вторую сцену Мариинки). Вспомним Биржу, с огромными потерями освобожденную от экспозиции Центрального военно–морского музея. Пустует творение Тома де Томона. Никакой обещанной газовой и нефтяной биржи там так и не появилось.

Кроме того, есть и объективные препятствия. По сведениям "Известий", на рекультивацию площадки от химикалий придется потратить еще как минимум 2 года. А за это время может измениться все. Тогда городу надо будет заплатить долг ВТБ (это 10 млрд рублей) и разбить парк. Театр Эйфмана пусть будет, можно и слоновник построить. А суды — в Западное Бирюлево, на место закрывающейся овощебазы.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама