В непросыхающей луже

Особняком

Проблемы пригородных дворцов-музеев одинаковы -- им не хватает средств на ремонт и реставрацию. Китайский дворец в Ораниенбауме стоит в музейном мире особняком. Он отличается от всех не только красотой и уникальной сохранностью подлинных интерьеров XVIII века. Умение договариваться с меценатами финансовые проблемы решило: денег на реставрацию Китайского дворца хватает. Поэтому на объекте, заказчиком реставрации которого вот уже почти год выступает ГМЗ «Петергоф», идет работа, в отличие от Большого (Меншиковского), где тихо и пустынно. Все работы остановлены. Финансирование ораниенбаумских памятников, находящихся в ведении Северо-Западной дирекции по строительству, реконструкции и реставрации, сегодня приостановлено. Благотворители Китайского дворца -- ООО «Газпром трансгаз» и BASF (Германия) оплачивают все счета выполненных реставрационных работ.

Но пока нет согласованного рабочего проекта и полного понимания того, что же нужно сделать, чтобы стены не сырели, а в подвалах не заводились плесень и грибки. Ясно одно: необходимо, чтобы заработала историческая дренажная система, которую придумал Ринальди или кто-то из итальянских инженеров, или современная, которую создадут российские инженеры-гидрологи.

По пути в сказку

Когда летним жарким днем идешь ко дворцу через тенистый парк, ни о каких проблемах и не думаешь: кругом прыгают белки и заливаются соловьи. Розовые стены Китайского дворца, еще не везде освободившиеся от ремонтных лесов (над дворцом меняют кровлю), выглядят аккуратно. Кажется, что двери для посетителей вот-вот распахнутся. Но не все так просто. «То ли из-за окрестных прудов, то ли из-за нарушенной дренажной системы, но подполья Китайского дворца аккумулируют грунтовые воды, -- рассказывает Елена Кальницкая. -- Под дворцом мокро, под него подтекает вода, гниют подвалы. Фундаментов там нет и никогда не было. Дворец строили на один летний сезон, ну, на два. В Китайском дворце никто никогда не жил. Его даже не особо отапливали. Мы видели в Швеции старинные дворцы без отопления, но с огромными подвалами, в которых и воздуховоды, и обогрев, и другая необходимая для поддержания объекта в сохранности инфраструктура. Наш КГИОП относится к этим приемам осторожно. Подвалы дворца тоже культурное наследие и изменению не подлежат. У нас принята методика консервации художественного объекта -- «Венецианская хартия» 1964 года. Ничего привнести в памятник, порой даже для его сохранности, мы не имеем права».

Внутри Китайского дворца идет обычная реставрационная работа: вместо старинной мебели и антикварных ваз в художественном беспорядке раскиданы суровые плотницкие инструменты, вскрыты полы. Понятно, что до приема посетителей еще далеко. «Большая часть стеклярусных панно отреставрирована в Эрмитаже. Сейчас нужно решить, оставлять ли старые деревянные подложки. Может, по уму, лучше сделать новые, из современных материалов, но по закону о сохранности культурного наследия, вероятнее всего, оставим эти. Хотя старые может «повести». Это ведь все подлинное XVIII века -- не новодел Янтарной комнаты. По этим полам ходил Ринальди, этих стен касалась Екатерина II», -- с придыханием рассказывает хранитель Китайского дворца Татьяна Сясина. Вот только как монетизировать этот восторг подлинности, знакомый каждому музейщику и любителю старины.

«Снаружи мы с разрешения КГИОП меняем кровлю, сделанную 2 года назад из экспериментального материала пурал. Она не выдержала -- потекла. Сейчас ставим медную. В залах снята предварительная заклейка, приступаем к консервации оставшихся панно. Сейчас перешли к следующему этапу -- это подполья. Демонтирована часть полов, в двух местах с разрешения КГИОП снята бетонная стяжка XIX века», -- продолжает Татьяна Сясина.

Такое впечатление, что здесь все построено не там -- слишком сложный грунт, глинистые почвы, пруды. С экспонатами и декором все в полном порядке -- они просто ждут в сухом и безопасном месте, когда им можно будет вернуться, а вот стены подмокают снизу.

«До нас почти не дошло архивных документов, что здесь «подмазывали» в XVIII веке, что -- в XIX. А подмазывали непременно… Все осыпалось, все нуждалось в подновлении. И КГИОП тогда не было -- никаких материалов не подбирали, методики не согласовывали. Может, потому и простоял дворец в первозданности почти 250 лет, -- рассказывает Елена Кальницкая. -- Если фортуна будет на нашей стороне, к юбилею сделаем четыре зала. Хотим больше… Наши спонсоры понимают, что мы год обследуем здание, делаем подполья, но ведь надо людям что-то показать. Но сегодня Китайский дворец в предпозитивном состоянии. Действительно, очень многое сделано и понято».

Под присмотром

Когда мы выходили из дворца, нас пристально оглядывала небольшая группа людей.

Они так внимательно всматривались, что я подумал -- это охрана, которая следит за всеми входящими даже по разрешению директора ГМЗ.

Но оказалось, что это были представители КГИОП, на которых постоянно ссылались в своих объяснениях музейщики. Они действительно следили за каждым шагом.

«Большая проблема, что под дворцом мокро, -- сказал представитель КГИОП Александр Любас, главный специалист отдела ландшафтной архитектуры и гидротехнических сооружений. -- Поначалу думали, что подпитка происходит за счет пруда, но исследования показали, что есть водоупорная природная гряда и понижение. Сделали дренажи, которые должны отводить воду, но вода все равно остается. Есть предположение, что где-то находятся песчаные линзы, которые пропускают воду. Никаких родников, ключей в ближайшем окружении не замечено, но вода -- это бич Китайского дворца, с ней боролись не одно столетие».

Вредная вода

Принимать окончательное решение по гидрологическим проблемам Китайского дворца придется искусствоведам-музейщикам, архитекторам и инженерам. На серьезный глобальный исследовательский проект нужны другого порядка деньги. Так что сегодня звучат опасения, что единственное решение будут искать долго и мучительно, что его может и вовсе не быть в силу природной ситуации, а грунтовые воды так и будут дальше вредить дворцу. Наверное, действительно не подумали, где строить.