10 февраля 2010, 09:08|Редакция "Делового Петребурга"|10комментариев
ОМОН как аргумент
Вчера, проведя блестящую "войсковую" операцию против мелких торговцев на Хасанском рынке, власти Петербурга, на первый взгляд, показали свою решительность.
Возможно, в истории вокруг Хасанского рынка и сами торговцы
выглядели не такими уж белыми и пушистыми. Возможно, их палатки - вчерашний день
и цивилизованная торговля действительно требует жертв (от них, мелких торговцев,
разумеется, а от кого же?).
Возможно, правительство города действительно жаждет вернуть
на рынок после реконструкции всех желающих, предложив им работать в условиях
торгового комплекса XXI века. Только вот тревожит легкость, с какой Смольный
готов перевести любой конфликт чуть ли не в политическую плоскость,
интерпретируя несогласие торговцев почти как антигосударственное действие.
Получается, не работают никакие другие институты, включая
губернаторский офис? Есть ли предел использования государством насилия в
подобных спорах?
Убеждение не работает потому, что предпринимателям,
возможно, не предложено ничего равноценного или хотя бы сравнимого с тем, что
они теряют. При этом апелляция к рыночным силам несостоятельна: вовсе не
невидимая рука рынка сносит палатки и магазинчики.
Беспокоит и то, что в масштабах страны это не единственный
пример силового общения чиновников с малым бизнесом. Вместо того чтобы помочь
ему в условиях кризиса, окончание которого заметно разве что из министерских
кабинетов, власти в Петербурге и других городах России делают все, чтобы жизнь
предпринимателям медом не казалась.
А ну как малый бизнес действительно отдаст концы? ОМОНом
ведь его не возродишь.
Конечно, проще очистить рынок от торговцев, чем, скажем,
город от сосулек и снега. Ничего не скажешь, разгон толпы предпринимателей
ОМОНом и последующая оккупация территории строительной техникой — сильный
аргумент в споре с малым бизнесом.
Только очень хотелось бы, чтобы этот аргумент не оказался
последним и чтобы у власти не вошло в привычку прибегать к силовым приемам,
когда по существу сказать бывает нечего.
