Почему мы столько пьем

Пытаясь понять, как изменилось с тех пор в России отношение к горячительным напиткам, "Деловой Петербург" составил алкогольную карту страны. Россию ждет антиалкогольная кампания.

Борьбу с пьянством объявил президент Дмитрий Медведев, заявив, что каждый россиянин, считая младенцев и стариков, в год выпивает по 18 л чистого спирта. Всемирная организация здравоохранения, возмущался президент, считает предельно допустимой "норму" в 9 л. Проводником кампании по избавлению россиян от векового порока назначен премьер–министр и народный герой Владимир Путин. Победить змия он должен к 15 декабря 2009 года.

Петербург и Ленинградская область занимают особое место на алкогольной карте России. Это можно понять, сопоставив три группы данных: уровень доходов на душу населения, потребление алкоголя и данные о смертности от алкоголизма.

Лидером по доходам и количеству выпитого является Москва, но умирает от алкоголизма 0,9 москвича из 1 тыс. (пятое место в рейтинге, чем ближе к началу рейтинга, тем благополучнее ситуация).

Петербург по уровню благосостояния занимает скромное 11–е место, а Ленобласть и вовсе 52–е. Однако по числу потребителей алкоголя Петербург находится на 3–м месте, уступая только Москве и Краснодарскому краю. Вероятно, этим объясняется и тяжелая ситуация со смертностью от алкоголизма: 5,1 человека в Петербурге и 6,4 в области на 1 тыс. населения.

Главный нарколог Петербурга Александр Назаров не доверяет этим данным. По его словам, чтобы делать какие–то выводы, нужны тщательные и кропотливые исследования, которых, впрочем, никто не проводит.

Статистика по областям, городам сельской местности всегда выглядит хуже из–за того, что качество и доступность медицинской помощи на селе оставляют желать лучшего. В городе поликлиника на каждом углу, а на селе — в радиусе 100 км, вот и создается ощущение, что только в деревнях беспробудное пьянство", — резюмирует он. Сомневается и директор агентства "ЦИФРРА" Вадим Дробиз: "Всякие данные политизированы".

Аналитики утверждают, что в связи с кризисными явлениями в экономике потребление алкоголя резко возросло во всем мире. При этом тенденция такова: падает доля слабоалкогольных напитков, тогда как потребление крепкого алкоголя растет, прежде всего дешевого крепкого алкоголя.

Как ни странно, в оценке эффективности этих мер позиции социологов и производителей алкоголя сходятся. Ненаписаная статья

"Мы не скандинавы, у нас другой менталитет, другая культура потребления, уровень социальной защиты, доходов, медицины, чиновники другие. Поэтому тупое копирование пусть даже и самых эффективных мер не поможет", — говорит Вадим Дробиз.

Он приводит такие цифры. По данным за январь–август, около 30 млн человек имеют доход ниже 5 тыс. рублей в месяц (этот показатель считается минимальным прожиточным уровнем). Это 18–19% населения. Еще порядка 20 млн человек имеют доход меньше 7 тыс. рублей на человека. В сумме получаем 50–миллионную армию нищих. Из 140 млн россиян 25–30 млн являются маргиналами. Они употребляют в год дозу алкоголя, которая в 4 раза превышает "норму", считающуюся смертельной.

Учитывая эти данные, в России нельзя применять меры, рассчитанные на благополучную Европу, не подверженную столь сильному социальному расслоению. Если просто сократить количество точек продажи, время торговли и поднять цены на этиловый спирт, бедные слои населения обратятся к "паленке".

Впрочем, эффективность борьбы с алкоголизмом ликвидацией киосков доказана на практике. С января прошлого года такой запрет действует в нескольких областях Белоруссии. Продажи пива в них упали на 20%, хотя потребление алкоголя в целом не изменилось.

Светлана Халтурина, сопредседатель Российской коалиции за контроль над алкоголем и один из разработчиков мер по улучшению здоровья граждан и снижению смертности, называет запрет на продажу алкоголя в ларьках одной из самых эффективных мер. "Киоск сам по себе является прекрасным рекламным щитом, — говорит она. — Но запрещать их в центре города, оставляя на окраинах (как в Петербурге), по меньшей мере странно".

Повышение стоимости акцизов (и прежде всего на пиво) — мера, которая дискутируется больше всего.

С одной стороны, если сравнить стоимость этилового спирта в водке и пиве, то окажется, что в пенном напитке она меньше. С другой — если приблизить стоимость водки к пиву, то население автоматически переключится на более крепкий алкоголь.

Если вернуться к данным о соотношении уровня дохода и количества спиртного на душу населения, очевидно, что ни петербуржцев, ни жителей области высокая цена не отпугивает.

Так же считает и Вадим Дробиз. По его подсчетам, алкоголь в России значительно дороже, чем в Европе, вопреки данным официальной статистики.

"Делим стоимость водки (90 рублей за 0,5 л) на среднюю зарплату по России (18,9 тыс. рублей), получаем коэффициент 0,47. В Европе 14 евро при зарплате 2 тыс. евро дают коэффициент 0,07. В Европе водка в 7 раз дешевле, хотя считается очень дорогой!" — возмущен Вадим Дробиз.

Водочные короли утверждают, что опасность для населения представляет не алкоголь как таковой, а суррогаты, на которые переходит народ, как только государство берется регулировать рынок. По мнению Вениамина Грабара, президента ОАО "Промышленная группа "Ладога", запрет ночной продажи и повышение цен приведут к тому, что весь алкогольный рынок уйдет в тень.

По данным агентства "ЦИФРРА", из 4 млрд бутылок водки, которые ежегодно продаются в России, 1,4 млрд — нелегальные. В Петербург "черная" водка попадает с Кавказа, из Подмосковья и Ленобласти. "Что касается местных производителей, то на сегодняшний день могу назвать только две крупные легальные компании, производящие крепкий алкоголь в Петербурге", — говорит Вениамин Грабар. Самопал разрешено производить целым регионам по согласованию с коррумпированными чиновниками, согласен Вадим Дробиз.

Чиновники петербургского комитета экономического развития, промышленной политики и торговли связывали рост потребления нелегальной водки с тем, что полномочия по контролю переданы с местного на федеральный уровень.

"Проблема не в том, что полномочия передают на федеральный уровень, а в том, что из–под контроля вывели в свое время оптовое звено, когда со складов убрали ЕГАИС и налоговые посты. Вот это и привело к увеличению выпуска нелегальной продукции. Это единственная причина", — объясняет Вениамин Грабар.

Медики не разделяют оптимизма производителей водки: отрезвление рынка не станет залогом трезвости граждан.

"Главный показатель — это количество потребляемого алкоголя, а где он взят — не важно. Вместе с алкоголизмом растут ассоциированные проблемы — преступность, ДТП, травматизм и так далее", — говорит Александр Назаров.

Председатель Совета Федерации Сергей Миронов взял на себя труд озвучить идею, которая повисла в воздухе с первых слов президента: госмонополия на производство водки. "Это абсурд", — краток Вениамин Грабар.

Нужно различать монополию на продажу и производство водки. "Монополия на продажу — хорошая вещь. Она позволяет контролировать время, объем продаж и цену.
Монополия на производство только вредит, потому что способствует сращиванию власти и нелегального бизнеса, коррумпированию государства, это уже проходили страны Восточной Азии на примере табачной промышленности", — считает Светлана Халтурина.

Общественное обсуждение алкогольной темы, пропаганда борьбы с пьянством ассоциируются в России с закручиванием гаек, уменьшением демократических свобод. Эксперты же уверены, что уровень демократии никак не связан с пьянством. При демократических и авторитарных режимах население пьет одинаково.