10 июня 2009, 09:58|Александр Пирожков|1комментарий
Игорь Финогенов: "Курс рубля будет достаточно стабилен"
Премьер–министры России, Таджикистана,
Армении, Казахстана и Киргизии подписали договор о создании антикризисного фонда
"ЕврАзЭС". Его размер может превысить $8,5 млрд. Евразийский банк развития
(ЕАБР) будет управлять средствами этого фонда. Председатель правления банка
Игорь Финогенов рассказал о том, как будут тратить эти деньги.
"ДП": На какие цели будут потрачены средства фонда?
Игорь Финогенов: Фонд будет неким аналогом МВФ, но только
регионального масштаба. Решать, куда именно направлять средства, будет совет
фонда, состоящий из министров финансов либо экономики стран — участниц
фонда. Россия внесет $7,5 млрд, Казахстан — $1 млрд. Эти две страны будут
главными спонсорами фонда.
Деньги пойдут на антикризисные меры, в том числе на
поддержку платежного баланса стран, которые в этом будут нуждаться. Кроме того,
это будут программы поддержания импорта и экспорта стран — участниц фонда,
а также решение социальных проблем, как, например, закупка топлива для отопления
жилья в Таджикистане.Игорь
Финогенов
"ДП": ЕАБР выдал кредит $215 млн Тихвинскому вагоностроительному
заводу. Как продвигается проект?
И.Ф.: Наша деятельность построена на принципах проектного
финансирования. Эти принципы предполагают мониторинг ситуации по всем
параметрам. Ситуация с проектом нас вполне устраивает. Хотя жизнь, конечно,
вносит свои коррективы. На сегодняшний день отставание от графика составляет
несколько недель. Но это нормально.
"ДП": Будет ли востребована продукция завода, сможет ли он вернуть
банку кредит?
И.Ф.: Мы уверены, что да. Уверенность связана, во–первых, с
нашим анализом рынка вагонов. ТВСЗ выйдет на рынок со своей продукцией в период,
когда будет ощущаться дефицит такого типа вагонов. Кроме того, те конкурентные
преимущества, которые имеют тихвинские вагоны — повышенная
грузоподъемность, увеличенный межремонтный пробег, — позволяют рассчитывать
на то, что именно тихвинские вагоны будут востребованы.
Всего в нашем портфеле 82 проекта на $1,2 млрд. Мы
рассматриваем проекты на общую сумму $3,7 млрд. На Северо–Западе, к примеру, это
строительство логистического комплекса в промзоне Шушары, модернизация Ижорских
заводов, а также производство полистирола в Киришах, строительство мельничного
комплекса в Петербурге и нового энергоблока на ТЭЦ–5 для энергоснабжения
Невского района.
"ДП": Банки испытывают все больше проблем. Значит, госструктуры,
подобные ЕАБР, будут занимать все большую долю на рынке?
И.Ф.: Банки развития всегда работают на принципе недопущения
конкуренции с коммерческими банками. Мы обычно беремся за проекты, которые в
силу определенных причин не могут быть реализованы коммерческими банками: в силу
отсутствия у них достаточного капитала, возможности найти на рынке подходящие по
цене и длительности ресурсы.
Я даже радовался, наблюдая, как в последние годы
коммерческие банки брались за достаточно сложные проекты, высокотехнологичные,
направленные на изменение в позитивную сторону структур экономик стран
постсоветского пространства. Конечно же кризис сильно подкосил возможности
коммерческих банков в этом смысле. Мы подхватили у них эстафету.
"ДП": Вы знакомы на практике с проблемой неплатежей по
кредитам?
И.Ф.: На сегодня такой проблемы у нас нет, хотя, конечно, мы
внимательно отслеживаем ситуацию. От части проектов, к которым планировали
приступить, мы вынуждены были отказаться. Например, от финансирования нескольких
логистических центров. Не окончательно, но отнесли срок вхождения в эти проекты
до стабилизации этого рынка. Достаточно сказать, что сегодня транзит товаров на
линии Китай — Европа упал на 30–40%.
"ДП": Как же вам удается, финансируя заведомо сложные проекты,
избегать проблемы просроченных платежей?
И.Ф.: Конечно, мы рассматриваем разные сценарии. Но есть
несколько причин, почему у нас портфель лучше, чем у коммерческих банков. Прежде
всего мы достаточно консервативны и глубоко анализируем кредитуемые проекты. И
наконец, наши клиенты не стараются, воспользовавшись сегодняшней ситуацией, не
возвращать нам долги, потому что понимают, что, нарушив партнерские отношения с
нами, им будет трудно работать дальше.
"ДП": То есть они опасаются задерживать платежи, потому что боятся,
что будут иметь дело с правительствами тех стран, где работают?
И.Ф.: Я практически сказал то же самое, только другими
словами.
"ДП": Как вы управляете валютными рисками?
И.Ф.: У нас валютная позиция минимальна. Это наш принцип.
Внутренние нормативы у нас жестче, чем нормативы Банка России. Стараемся
выдавать кредиты в той валюте, в которой привлекаем средства. Но балансируем
риски и через другие инструменты хеджирования валютных рисков, потому что
понимаем, что если выдадим клиенту кредит не в той валюте, в которой он получает
выручку, то переложим валютный риск на клиента. Если он не сможет этот риск
закрыть, это все равно будет наш риск.
"ДП": Насколько серьезна, по вашему мнению, угроза девальвации
рубля?
И.Ф.: Стало уже общим местом рассуждение о том, что
устойчивость рубля зависит от ценности основного объема экспорта России, то есть
энергоносителей. Мы в своих расчетах исходим из того, что курс рубля будет
достаточно стабилен и его движение будет происходить в пределах 5–10%.
"ДП": То есть бивалютную корзину дороже 41 рубля не
ожидаете?
И.Ф.: Не ожидаем. Такой прогноз подтверждает и стоимость
инструментов хеджирования на валютном рынке — свопов. Мы строим расчеты,
опираясь на умеренно оптимистический сценарий, который предполагает, что кризис
закончится в следующем году. Если исходить из того, что экономика не
восстановится, невозможно осуществлять инвестиции. Тогда не понадобятся ни
вагоны, ни самолеты, ни солнечные батареи, производство которых мы
финансируем.
"ДП": Как вы относитесь к прогнозам о том, что в ближайшие время
прекратят существование сотни банков?
И.Ф.: Любой банк, если он нашел свою нишу, имеет право на
существование. Если какой–то небольшой банк в Москве обслуживал одного клиента,
собирая деньги на его проекты, его перспективы сомнительны. Небольшие
региональные банки, наверное, могут продолжать работу. Но нынешняя ситуация,
конечно, подталкивает к укрупнению банков. Рано или поздно мы придем к большему
разнообразию банковских лицензий. Будут не только универсальные банки, но и
кассы взаимопомощи, кредитные кооперативы и др. Сейчас ЦБ, наверное, не хочет
педалировать этот вопрос, он решает задачи поочередно.
